- Игорь Владимирович Першуков – профессор, доктор медицинских наук, доктор философии (PhD), а также заведующий кафедрой госпитальной терапии с курсом лучевой диагностики и онкологии в Жалал-Абадском государственном университете. Он является действительным членом Американского колледжа кардиологов (FACC) и Американского общества сердечно-сосудистой ангиографии и интервенций (FSCAI).
Он подчеркивает, что ключевыми аспектами диагностики опухолей являются целостный подход к исследованию и обязательное морфологическое подтверждение диагноза.
Комплексный подход включает в себя анализ жалоб пациента, сбор анамнеза заболевания и применение всех необходимых методов обследования, направленных на выявление первичного опухолевого очага и метастазов в регионарных и отдаленных зонах.
Морфологическое подтверждение диагноза достигается через гистологическое (биопсия, трепанобиопсия) или цитологическое исследование. Для цитологии могут быть использованы мазки, отпечатки, пункты опухоли, жидкости из полостей, промывные воды, мокрота и моча.
Все злокачественные опухоли классифицируются по системе TNM, что позволяет оценить стадию заболевания и результаты лечения для каждого пациента.
Критерий T описывает состояние первичного опухолевого очага:
- T0 — отсутствие данных о первичной опухоли;
- Tis — преинвазивный рак;
- T1, T2, T3, T4 — различные степени увеличения и/или распространенности опухоли.
Критерий N определяет состояние регионарных лимфатических узлов:
- Nx — невозможно оценить состояние лимфатических узлов;
- N0 — метастазы в регионарных лимфатических узлах отсутствуют;
- N1, N2, N3 — нарастающая степень вовлеченности лимфатических узлов в патологический процесс.
Критерий M отражает наличие или отсутствие отдаленных метастазов:
- Mx — невозможно оценить наличие отдаленных метастазов;
- M0 — отдаленные метастазы отсутствуют;
- M1 — наличие отдаленных метастазов.
Сложности в диагностике могут возникать из-за синдрома метастазов злокачественных опухолей при неустановленном первичном очаге. У таких пациентов метастазы могут обнаруживаться в лимфатических узлах, костях, головном мозге, легких, печени и других органах, но первичный источник остается невыявленным.
Першуков указывает на несколько причин запоздалой диагностики злокачественных опухолей в Кыргызстане:
- отсутствие национальной программы по борьбе с раком;
- недостаточная подготовка врачей в области онкологии;
- низкий уровень осведомленности населения о раковых заболеваниях;
- ограниченное использование цитологических и морфологических методов в клинической практике.
«Например, в России морфологическая верификация диагноза достигает около 80%. У оставшихся 20% пациентов диагноз не подтверждается морфологически, что может приводить к врачебным ошибкам и обращению к «знахарям», — добавляет он.
Таким образом, актуальность проблемы ранней диагностики злокачественных опухолей остается высокой.
Стоит отметить, что своевременная диагностика возможна. Например, в России локальные формы рака молочной железы (T1–2N0M0) выявляются лишь у 30% пациенток. Однако в некоторых медицинских учреждениях с правильной организацией обследования и активным выявлением локальные формы рака молочной железы диагностируются у 70% пациенток.
В XXI веке активно развиваются методы ДНК-диагностики рака. В отличие от опухолевых маркеров, которые являются продуктами клеточной активности, ДНК-диагностика фокусируется на исследовании собственной ДНК человека и выявлении генетических дефектов», — утверждает Першуков.
Профессор также сообщает, что для ДНК-диагностики могут использоваться кровь и естественные выделения:
- моча (при раке почки и мочевого пузыря);
- кал (при раке толстой кишки);
- мокрота (при раке легких);
- слюна (при раке полости рта и глотки, слюнных желез).
«Таким образом, в ближайшем будущем анализы крови и мочи будут включать не только биохимические и цитологические, но и генетические исследования», — резюмирует профессор Першуков.
