Его роль в иранском политическом ландшафте всегда была уникальной
С начала перераспределения власти в Иране, вызванного действиями США и Израиля, после устранения некоторых высокопоставленных военных и политических лидеров, Али Лариджани вновь оказался в центре политических процессов. Он, который более десяти лет руководил парламентом и неоднократно стремился занять президентский пост, теперь стал одной из ключевых фигур в изменяющемся политическом климате.
Ранее его считали «осторожным тяжеловесом», способным балансировать между консервативными и прагматичными элементами власти. Однако после его дисквалификации на выборах 2021 года казалось, что его политическая карьера подошла к концу.
Тем не менее, нынешние обстоятельства изменили ситуацию. С уходом президента Эбрахима Раиси и приходом к власти Масуда Пезешкиана, Лариджани не только вернулся, но и стал основным архитектором новой политической ситуации в стране.
Ключевым моментом стало изменение позиции Верховного лидера Али Хаменеи. Если в 2021 году Лариджани был отстранен от выборов, то в 2024 году его статус изменился, и он вновь стал «спецпосланником» по важнейшим вопросам, выполняя дипломатические задачи для руководства Ирана. Его недавние поездки в Ливан и Сирию в условиях кризиса в регионе подчеркивают его важность, когда Тегеран нуждается в передачах серьезных посланий.
Кроме того, Лариджани зарекомендовал себя как неформальный посредник между офисом лидера Ирана и правительством Пезешкиана, который, хоть и искренен, не всегда ловко справляется с политическими маневрами.
Многие эксперты называют Лариджани «старшим братом» новой администрации. Он представляет собой часть иранского истеблишмента, осознающего необходимость компетентного управления для долгосрочного выживания системы. Его влияние на кадровую политику, экономическую стратегию и сдерживание радикалов становится все более заметным. Тем не менее, его роль также связана с подавлением недавних протестов в стране.
Соратники Лариджани занимают важные должности в правительстве и консультативных советах, а он сам продвигает концепцию «разумного открытия» экономики и возобновления переговоров по ядерной сделке с Западом, что соответствует курсу нового президента.
Обладая большим авторитетом в парламенте, который он возглавлял в течение 12 лет, Лариджани помог правительству справиться с атаками ультраконсерваторов.
Усиление Лариджани — это ответ властей на внутренние и внешние вызовы. После волнений последних лет и растущего давления Запада, правящим кругам Ирана стало очевидно, что им не хватает «рациональных консерваторов».
Хотя Лариджани не требует радикальных реформ, он выступает за создание «эффективного государства». В глазах Али Хаменеи это делает его идеальным кандидатом для стабилизации ситуации.
Сегодня его считают голосом разума в неспокойном регионе. Несмотря на отсутствие президентского кресла, влияние Лариджани на внешнюю политику и стратегические решения Ирана, возможно, достигло рекордного уровня за последнее десятилетие. Это служит примером того, как умение ждать и сохранять хладнокровие может привести к вершинам власти в иранской политике.
Фото www
