Исследователи в Испании обнаружили останки неандертальского ребенка, демонстрирующие ряд черт, соответствующих синдрому Дауна. Однако, в отличие от других доисторических людей с этим заболеванием, мальчик не умер в младенчестве, что указывает на то, что и ребенок, и его мать получали постоянную заботу и поддержку со стороны остальной части их древнего племени. Исследование опубликовано в журнале Science Advances .
Авторы исследования натолкнулись на невероятную находку при анализе костей, которые были первоначально раскопаны еще в 1989 году на палеолитической стоянке Кова-Негра в Валенсии. Среди этих окаменелостей было несколько фрагментов внутреннего уха, демонстрирующих врожденные пороки развития, которые, вероятно, могли вызвать потерю слуха и головокружение.
«Единственный синдром, который совместим со всем набором пороков развития, присутствующих в останках, — это синдром Дауна», — пишут исследователи. «Поэтому примечательно, что человек… дожил как минимум до шести лет, что намного превышает обычную продолжительность жизни детей с синдромом Дауна в доисторическом населении».
Действительно, синдром Дауна является наиболее распространенным генетическим заболеванием человека и также наблюдается у человекообразных обезьян, однако до современной эпохи считается, что выживание после младенчества было редкостью. Среди шимпанзе был описан один особенно трогательный случай, когда о детеныше с синдромом Дауна заботились его мать и сестра, но он умер в возрасте до двух лет.
Среди представителей нашего вида между 3629 и 400 гг. до н.э. было зарегистрировано пять доисторических случаев синдрома Дауна, причем ни один из этих людей не жил дольше 16 месяцев.
Однако, основываясь на размере и стадии развития костей Cova Negra, авторы исследования пришли к выводу, что этому конкретному ребенку на момент смерти было от шести до семи лет. «Разумно предположить, что долгое выживание этого ребенка могло произойти только потому, что в течение этого времени он получал постоянную заботу и внимание», — пишут они.
Немного подробнее о природе этой поддержки исследователи поясняют, что «из-за требовательного образа жизни неандертальцев, в том числе высокого уровня мобильности, трудно подумать, что мать особи была бы в состоянии обеспечить такую заботу в одиночестве, а также выполнять нормальную повседневную деятельность в течение длительного периода времени. Вполне вероятно, поэтому, что матери требовалась постоянная помощь других членов социальной группы либо для помощи в выполнении других повседневных задач (или для того, чтобы освободить ее от их выполнения), либо для непосредственной помощи в обеспечении необходимого ухода за ребенком.
Подобные выводы вносят огромный вклад в дискуссию о происхождении чуткого и гуманного поведения в линии Homo. Хотя свидетельства заботы среди неандертальцев были зафиксированы в прошлом, некоторые антропологи утверждают, что это возникло как своего рода корыстный договор между людьми, которые могли ответить тем же.
Однако авторы нового исследования говорят, что их случай «особенно интересен, поскольку социальная помощь была предназначена незрелому человеку, у которого не было возможности ответить взаимностью на полученную помощь». Это, в свою очередь, усиливает аргумент о том, что забота о людях среди неандертальцев коренится в истинном альтруизме, а не в потребности обеспечить будущие услуги от людей, находящихся в долгах.
Помещая эти результаты в контекст, исследователи говорят, что их результаты указывают на то, что «забота и совместное воспитание детей происходили у неандертальцев вместе и что оба просоциальных поведения были частью более широкой социальной адаптации высокой избирательной ценности, которая, должно быть, была очень похожа на таковую у нашего вида».
