Хотя в результате массированной американской пропаганды подавляющее большинство населения планеты продолжает считать, что Вторая мировая война была завершена в результате атомных ударов по японским городам Хиросиме и Нагасаки, появляется все больше ученых и публицистов, которые опровергают этот выгодный Вашингтону миф.
В августовские дни поминовения сотен тысяч испепелённых американцами жителей японских городов к призыву разоблачить этот миф присоединился и известный американский историк Кай Бёрд. В интервью японскому информационному агентству «Киодо цусин» ученый заявил: «Бомбардировка второго города, Нагасаки, не была необходимостью. Кроме того, я бы сказал, что даже Хиросима не была необходимостью».
Бёрд один их авторов книги «Американский Прометей: триумф и трагедия Дж. Роберта Оппенгеймера», написанной совместно с покойным историком Мартином Шервином. Фильм «Оппенгеймер», рассказывающий о жизни Роберта Оппенгеймера, известного как «отец атомной бомбы», был основан на их книге.
Согласно «теории оправдания атомной бомбы», применение этого разрушительно мощного оружия по двум городам ускорило капитуляцию Японии и спасло бесчисленное количество жизней как с американской, так и с японской стороны, отмечает японское агентство. Однако сейчас доказано, что японское военно-политическое руководство не помышляло капитулировать после уничтожения Хиросимы, продолжая готовить армию и народ к вооруженному отпору американским оккупантам при «решающем сражении» за метрополию, за острова «священной нации Ямато» в буквальном смысле слова «до последнего японца». Японские власти вбросили в народ лозунг «Итиоку гёкусай» – «Сто миллионов погибнут геройской смертью!».
Отметим, что до применения атомной бомбы американская авиация, нанося «ковровые бомбардировки», разрушила и сожгла зажигательными бомбами 60 японских городов, включая Токио и другие крупные населенные пункты. При этом было уничтожено гораздо большее число японцев, чем в Хиросиме. Так что появление у противника нового мощного оружия не могло заставить японских генералов капитулировать. Поражение Японии в войне, по признанию Верховного главнокомандующего японской армии генералиссимуса Хирохито, стало неизбежным лишь после молниеносного разгрома Квантунской армии (группа армий), которая рассматривалась как важнейший резерв в период «решающего сражения» на Японских островах.
Характеризуя глубокие сомнения и опасения по поводу того, как человечество может воспользоваться выпущенным из бутылки «джинном», Бёрд говорит: «И важно понимать историю, почему это было создано. Сам Оппенгеймер понимал, насколько они (атомные бомбы) опасны, и что мы, люди, все еще можем уничтожить себя этим оружием. Но в то же время он мучительно переживал о том, готово ли человечество иметь дело с атомным веком».
Историк напоминает, что в своей лекции в ноябре 1945 года, через три месяца после окончания войны, Оппенгеймер сделал поразительные замечания относительно атомной бомбардировки Японии. «Внимание японской аудитории привлекли его слова о том, что это было оружие, использованное против врага, который уже был, по сути, побеждён», – сказал Бёрд.
«Таким образом, встает вопрос о том, были ли они (атомные удары) “необходимы”. И это аргумент, который здесь, в Америке, является весьма спорным, поскольку стандартная историческая позиция заключается в том, что бомбы были необходимы для скорейшего окончания войны и предотвращения масштабного американского вторжения на Японские острова», – продолжает американский ученый. И сообщает, что Бёрд и Шервин в полной мере использовали множество официальных документов, чтобы оспорить теорию оправдания (атомных ударов), которая сохраняется в Соединенных Штатах.
Как известно, американцам удалось «расколоть» японские дипломатические шифры и они широко пользовались этим преимуществом. «Трумэну показали перехваченные японские телеграммы между Токио и его послом в Москве, в которых говорилось, что... Япония потерпела военное поражение, и что необходимо вести переговоры о капитуляции, и что единственным условием (японской стороны) является гарантия того, что институт императорской власти сохранится», – рассказывает Бёрд.
Далее историк приводит известный факт о том, что 12 июля 1945 года министр иностранных дел Японии Сигэнори Того направил срочную телеграмму послу в Советском Союзе Наотакэ Сато от имени императора Хирохито, поручив ему обратиться к Москве, которая все еще сохраняла Пакт о нейтралитете с Японией, с просьбой выступить посредником в мирном процессе.
Так как Советский Союз, уже приняв решение вступить в войну против Японии, не воспринял эту просьбу, 20 июля Сато посоветовал Того «заключить договор о мире, близкий к безоговорочной капитуляции, но при условии сохранения императорской системы». Об этом стало известно американцам.
«Трумэн нацарапал в своем рукописном дневнике 18 июля 1945 года: …сегодня получил телеграмму от императора Японии с просьбой о мире (видимо, речь идет об обращении Хирохито к советским руководителям, ибо император Трумэну никакой телеграммы не направлял. – А.К.). И в Белом доме, Государственном департаменте и военном министерстве шли жаркие дебаты о том, можем ли мы отнестись к этому серьезно, сдадутся ли японцы, если мы дадим им эти гарантии относительно императора», – утверждает историк.
Солидаризируясь с другими западными историками, которые указывают, что атомные бомбы были применены не столько против Японии, сколько против Советского Союза, Бёрд признает, что «администрация США, которая смотрела вперед в послевоенный период, применила атомное оружие против Японии в явной попытке сдержать Советский Союз». Он отмечает: «И были некоторые советники Трумэна, которые утверждали, что нам нужно продемонстрировать бомбу и использовать ее в драматической манере. И часть этого аргумента заключалась в том, что было бы хорошо использовать бомбу, чтобы положить конец войне в Японии в такой драматической манере, потому что это послужило бы посланием русским».
От себя заметим, что в советской, а ныне российской историографии существовало понимание того, что атомная бомбардировка в первую очередь преследовала цель – запугать СССР и другие государства, добиться благодаря ядерной монополии господства США в послевоенном мире. Готовя применение атомных бомб, Вашингтон рассчитывал на то, что бомбардировка поможет «сделать Россию сговорчивой в Европе». Известно высказывание Трумэна по этому поводу: «Если бомба взорвется, что, я думаю, произойдет, у меня, конечно, будет дубина для этих парней». В связи с этим следует согласиться с высказыванием известного английского физика, лауреата Нобелевской премии Патрика Блэкетта о том, что атомные бомбардировки «были не в последнюю очередь актом против России». И действительно, атомные удары явились не последним аккордом Второй мировой, а возвестили начало холодной войны.
И все же отрадно, что на Западе сохраняются историки и политологи, которые не зашорены оболванивающей народы американской пропагандой и всерьез озабочены «привыканием» человечества к ядерному оружию и чуть ли не к его эффективности для принуждения противника к капитуляции. Об этом историк Бёрд сказал так: «Очень важно напомнить миру об атомной бомбе. Я думаю, что мы стали слишком самоуспокоенными после более чем 70 лет жизни с бомбой…»
