США начинают поставки особо ценных вооружений на Тайвань, включая комплексы HIMARS, которые выпрашивает Киев. Почему тайваньцам отдан приоритет? Чем отличаются Тайвань и Украина с точки зрения стратегических интересов США? И почему эти интересы делают китайский вариант СВО вопросом времени?
По подсчетам тайваньской газеты Taipei Times, к концу 2025 года сепаратистскому островному правительству будет передано 29 комплексов HIMARS, а часть этих ракетных установок американцы поставят на Тайвань уже в конце 2024-го.
Чуть позднее тайваньцы должны получить 100 танков M1A2 и 66 истребителей F-16. Сделки на этот счет заключались тихо и без помпы, что заметно отличает ситуацию от вооружения Украины. Ее властям пакеты военной помощи передают чуть ли не в сопровождении оркестра, причем украинцы ревниво отслеживают поставки, которые страны НАТО осуществляют в другие станы, чтобы поднять скандал.
Скандал наверняка случится и теперь: почему, мол, драгоценные «хаймарсы», в которых так нуждаются ВСУ и города Украины, уходят куда-то в Азию? Украинцам на это можно было бы ответить, что тайваньцы покупают американские «вундервафли» на собственные деньги, а у Украины собственных денег вообще нет, но это только одна из причин, по которым к вооружению Тайбэя стараются не привлекать внимание.
На самом деле США хотят избежать очередного обострения отношений с Китаем, против которого и вооружают Тайвань. Если максимально упростить тактику Вашингтона, она заключается в следующем.
Во-первых, ни в коем случае не допустить возвращения к власти на острове партии Гоминьдан, нынешнее руководство которой настроено на сотрудничество с Пекином и (при соблюдении ряда условий) объединение с КНР сиречь воссоединение Китая.
Во-вторых, накачивать остров вооружениями на случай, если в Пекине признают бесполезность политики мирного воссоединения и начнут собственную специальную военную операцию. В этом случае у тайваньцев немного шансов отбиться самостоятельно, но они смогут нанести китайской армии убыток.
Это необходимо для того, чтобы в китайской элите страх перед издержками превалировал над желанием закончить дело основателя КНР Мао Цзэдуна по объединению страны.
В-третьих, самое ценное производство тайваньского промышленного гиганта – полупроводниковое – постепенно перевозится в США. Это нужно на тот случай, если Пекин добьется своего и все-таки воссоединит Китай – так или иначе.
В-четвертых, все это должно сопровождаться увещеваниями китайской стороны, будто ничего значительного не происходит. Давайте, мол, жить, как раньше жили, и торговать, как раньше торговали, ведь вооружение Тайбэя – это обычное оборонное сотрудничество, привычное для американо-тайваньских отношений, но в целом США признают единство Китая, а суверенитет тайваньцев не признают, просто это ну настолько приятные люди, что танки, истребители и «хаймарсы» им просто невозможно не продать.
Понятно, что в Китае такие отговорки не воспринимают серьезно и с каждым годом все резче огрызаются, но дальше символических жестов протеста дело не идет. В Пекине раз от разу пользуются возможностью ничего не менять и не переходить «красных линий», которую китайцам предоставляют американцы.
Как считают специалисты-синологи, Пекин тоже не хочет идти на обострение, поскольку его действительно многое устраивает. Он хорошо зарабатывает на глобализации и, предположительно, хочет накопить побольше жирка перед тем, как проблему разделенного Китая все-таки придется решать силой.
Как долго в Пекине готовы ждать, возможно, не знают даже в Пекине (в Китае умеют ждать долго). В то же время там должны признавать, что план американцев пусть никого и не обманывает, тем не менее работает.
По первому пункту все почти хорошо. В начале года политтехнологам удалось избрать президентом Тайваня проамериканского политика Уильяма Лая, хотя его Демократическая прогрессивная партия многим на острове надоела, и соцопросы предсказывали победу Гоминьдана. С тех пор рейтинг как Лая, так и его «прогрессивных демократов», настроенных крайне антипекински, вновь успел рухнуть, поскольку политтехнологи умеют только выборы выигрывать, а перед Тайванем как стояла, так и стоит гора социально-экономических проблем.
При этом недовольство населения используется и канализируется весьма умело. Так, жертвой одной из региональных акций протеста стал памятник Чан Кайши, основателю тайваньской «самостийности». Теперь он – олицетворение старых порядков и авторитарного режима, но прежде всего главная фигура в Гоминьдане – той самой партии, которая воевала с коммунистами Мао, но в целом всегда выступала за единый великий Китай (с точки зрения гоминьдановцев, сепаратисты – это не они, а коммунисты самопровозглашенной КНР).
При желании здесь можно провести много параллелей с нашей ситуацией вокруг Украины: от дискуссии о том, кто правопреемник Киевской Руси, до сноса памятников основателю современной государственности Владимиру Ленину, на которые вовремя натравливали толпу.
Но для Китая главное совпадение в том, что американцы выстраивают вокруг КНР антикитайский военно-политический альянс (из Австралии, Филиппин, Южной Кореи, Японии и других стран), где Тайвань и вечный раздражитель Пекина, и – одновременно – авианосец США в китайских территориальных водах. И чем позже КНР поддастся искушению решить ключевой вопрос своей безопасности и территориальной целостности силой, тем сложнее будет осуществить такое решение из-за поставленных на остров вооружений. Россия знает об этом по собственному опыту.
Помимо совпадений, есть в ситуациях и принципиальные различия. Ключевое из них в том, что американцы настроены на сохранение статус-кво. Им не нужно ослаблять Китай за счет Тайваня или лишний раз провоцировать Пекин. Они хотят, чтоб все сохранилось так, как оно есть: без расширения КНР зоны контроля в Южно-Китайском море, без смены Тайванем статуса и без войны.
В том числе потому, что военный конфликт с двумя ядерными державами сразу – Россией и Китаем – США боятся не потянут, тем более что где две, там и три: северокорейский лидер Ким Чен Ын тоже располагает ядерным оружием и тоже угрожает провести СВО на территории Южной Кореи.
Вашингтону не важно, что станет с Украиной как с государством и просто местом, где люди живут. Ее задача – пускать кровь России, пока она в состоянии это делать. Будет не в состоянии – спишут в утиль.
В случае с Тайванем для США принципиально сохранение острова под собственным контролем и недопущение там китайской СВО. На случай, если объединению Китая не удастся препятствовать вечно, американцы сделают все, чтобы Тайвань достался КНР максимально дорого и «обезжиренным» (без полупроводников), но в целом предпочли бы ничего не менять.
Проблема их стратегии в том, что американская политика «подстраховки» для Китая уже мало отличается от политики провокации против стратегической цели – воссоединения. Накачка Тайваня оружием и «перезагрузка» местной власти с целью подорвать возможности Гоминьдана превращает тайваньский проект Госдепа из непотопляемого авианосца в бомбу, причем возможность поджечь фитиль всегда будет оставаться у Пекина.
Когда-нибудь фитиль подожгут. Может быть, через 20 лет. Может быть, еще до того, как до Тайваня доплывет двадцатый «хаймарс». Может быть, в следующий вторник. Пытаясь сохранить свою зону плотного контроля на мировой карте, США одновременно делают ее силовой пересмотр неизбежным. Это вопрос не политики, а вопрос времени: когда именно противостоящей США державе придется решать фундаментальные проблемы своей безопасности и территориальной целостности «по-плохому», если американцам «по-хорошему» не выгодно и они вариант «по-хорошему» пытаются сделать неосуществимым.
