Фото из открытых источников
«Мы не рискнули воевать с Россией, когда у Украины был шанс победить. Зачем же нам это делать сейчас, когда Украина проигрывает?». Этот риторический вопрос, который задает один из наиболее русофобских публицистов Великобритании, весьма показателен. Европа начинает осознавать реальность на поле боя в зоне спецоперации. Что будет с Украиной, если эту реальность не осознает в итоге киевский режим?
Глава киевского режима Зеленский анонсировал новое наступление российской армии. На этот раз на Сумы. «Сейчас на Сумском направлении они накапливают войска. Более 50 тысяч», – пожаловался он журналистам. И добавил, что россияне, мол, намерены создать 10-километровую буферную зону.
На самом же деле Америку Зеленский не открыл. Российские войска не готовят новое наступление в Сумской области – они его уже начали и активно ведут, с каждым днем освобождая новые поселки. «Подразделения группировки войск "Север" в результате активных действий освободили населенный пункт Константиновка в Сумской области», – говорится в заявлении Минобороны РФ от 28 мая.
Таким образом российская армия исполняет указание президента Владимира Путина о создании «буферной зоны безопасности вдоль границы». Правда, ни о каких 10 км глава российского государства не упоминал – и оно понятно, ведь глубина должна быть достаточной для того, чтобы не дать киевскому режиму возможность атаковать дронами и артиллерией российские города, терроризировать мирных жителей. А значит, это не 10 километров (на которые уже сейчас в ряде мест продвинулись ВС РФ) – скорее десятки.
Поэтому сейчас военные эксперты гадают, где по итогам этого наступления окажутся российские войска. В украинской военной аналитике даже можно встретить панические прогнозы по поводу того, что российская армия планирует окружить и блокировать Сумы.
Так ли это на самом деле? Во многом ответ на этот вопрос будет зависеть от поведения самого Владимира Зеленского. Ведь именно его безрассудные решения – а именно нападение на Курскую область с попытками вторгнуться в Брянскую и Белгородскую – стали причиной того, что Москва пошла на создание этого буфера безопасности. Нежелание решать дело миром и продолжение террористической активности ВСУ даже после того, как их выгнали из Суджи – становится основанием для углубления буферной зоны.
В мае российские войска вышли на границу с Днепропетровской областью и, что не исключено, будут создавать буфер и там. Еще одной такой территорией может оказаться Черниговская область, из восточной части которой так удобно запускать дроны по Москве и центральным регионам РФ.
Таким образом, Россия сейчас реализует формулу взаимоотношений с киевским режимом, озвученную российским руководством еще в начале СВО: каждое следующее мирное предложение вслед за отвергнутым будет еще хуже для Киева. Чем дольше киевский режим затягивает переговоры, не соглашаясь на мирные инициативы Москвы, тем больше территорий Украина потеряет в итоге. Либо полностью (как уже потеряла Приазовье), либо лишится на них части суверенитета (буферная зона предусматривает отсутствие на этих землях украинских войск).
Судя по всему, лишь идеологически обусловленное упрямство Владимира Зеленского мешает ему осознать не только территориальные, но и другие тяжелые для Киева последствия отказа от принятия текущих российских условий. Тяжелые для Киева, но благоприятные для Москвы.
Во-первых, чем больше территорий потеряет киевский режим, тем слабее будут его внутриполитические позиции. Продвижение российской армии подрывает единство украинского руководства. Неизбежно среди хотя бы части украинских элит будут распространяться настроения о том, что лучше сохранить то, что они имеют сейчас – чем рисковать потерять все или многое. Так может дойти и до нового социального и политического взрыва, нового Майдана, который свергнет Зеленского и всю его клику.
Во-вторых, продолжение боевых действий ведет не только к продвижению российской армии, но и к уничтожению армии украинской. А значит, к исчезновению любых возможностей для попыток организовать реванш после заключения мирного соглашения – даже если у новых украинских властей будет желание такого реванша.
На что же в таком случае продолжает надеяться Владимир Зеленский? На чем базируется его упрямое нежелание принять политическую и военную реальность?
Скорее всего – на поддержку Евросоюза. Возможно, Зеленский полагает, что Европа либо качественно и количественно увеличит поддержку Украины, либо введет на территорию Украины (а то и на оккупированную киевским режимом российскую Херсонщину или Запорожье) войска. Для прямого военного противостояния с Россией.
Действительно, Европа сделала большую ставку на Украину – в расчете на нанесение России «стратегического поражения». Европа – особенно европейский военно-промышленный комплекс – заинтересована в продолжении боевых действий. Идеологически русофобский подход Европы к украинскому конфликту за три с лишним года СВО не ослабел, а только усиливался.
Однако все эти карты европейским политикам спутали действия администрации Дональда Трампа, позиционирующей себя не как участника конфликта, а как посредника и даже миротворца. Европа понимает, что без Соединенных Штатов, без их организационной, финансовой, а главное, чисто военной поддержки не сможет самостоятельно удержать от краха киевский режим. Ключевую развединформацию ВСУ поставляет Пентагон. Системы связи для ВСУ поддерживает Пентагон. Наконец, основная часть вооружений и боеприпасов тоже поставлялась на Украину из-за океана.
Прямо сейчас Россия и США вырабатывают компромисс и единый подход не только по Украине, но и по всей архитектуре европейской безопасности. Европейские лидеры опасаются, что судьбу Европы – не говоря уже о мирном разрешении украинского кризиса – в который уже раз решат без Европы другие мировые державы.
Чтобы избежать этого, Европа должна найти общий язык с Вашингтоном, а значит, опосредованно, через него – и с Москвой. Создать единое пространство понимания и природы текущего кризиса, и способа выхода из него. На этом фоне любые мольбы Зеленского неизбежно отходят на второй план даже для самых яростных русофобов Европы.
«Мы не рискнули воевать с Россией, когда у Украины был шанс победить. Зачем же нам это делать сейчас, когда Украина проигрывает?» – пишет один из наиболее антироссийски настроенных публицистов Великобритании Эдвард Лукас. Несмотря на фантазии по поводу украинского «шанса победить», он трезво озвучивает то, что думают, но пока не смеют публично признать европейские лидеры: Украина близка к полному поражению на поле боя – а значит, больше нет смысла ее поддерживать.
Таким образом, реальность о бесполезности украинского сопротивления, о которой все время СВО говорили в Москве, уже осознали в Вашингтоне, начинают осознавать в Европе – и есть надежда, что вскоре начнут осознавать и в Киеве. Шансы продемонстрировать это есть, например, на предложенном на 2 июня втором раунде российско-украинских переговоров в Стамбуле. А если не осознают – не исключено, что Москва будет расширять буферную зону вплоть до Киева.
