С момента последнего сообщения о производственных планах Foundation, которые были установлены на уровне 10 000 единиц к 2026 году, амбиции компании значительно возросли. В соответствии с информацией от Forbes, Патхак планирует развернуть 40 андроидов в текущем году, увеличить количество до 10 000 к 2026 году и достичь 50 000 к концу 2027 года.
Недавнее появление Phantom MK-1 стало знаковым событием, и стремление компании выпустить 50 000 роботов в столь короткий срок выглядит довольно смело. Хотя Патхак осознает высокую степень риска, он объясняет ускорение разработки успешным приобретением технологий в области искусственного интеллекта и приводов, что значительно сократило время на создание. К тому же, команда Foundation включает много специалистов, ранее работавших в Tesla, Boston Dynamics, SpaceX и 1X. В частности, руководитель производства занимался оптимизацией процессов на заводах Tesla для моделей Model X и Model Y, разрабатывая стратегии, которые минимизируют чрезмерную автоматизацию на ранних стадиях.
Для упрощения обработки данных команда Phantom MK-1 решила отказаться от использования лидаров и сосредоточиться на традиционных камерах, что должно повысить надежность работы в сложных условиях. Робот оснащен запатентованными приводами с циклоидными редукторами, которые обеспечивают прочность, тихую работу и возможность движения в обратном направлении. Также на верхние конечности можно устанавливать различное вооружение.
Вместо продажи, Foundation планирует сдавать своих роботов в аренду по цене около 100 000 долларов в год.
Чтобы успокоить общественность, Патхак отметил, что Phantom не будет полностью автономной боевой машиной. Решение о применении летального оружия останется за человеком, как это делается с боевыми беспилотниками. Механические солдаты смогут выполнять точные наземные операции, что позволит снизить зависимость от авиаударов и тяжелого вооружения, а также уменьшить сопутствующий ущерб.
Тем не менее, Forbes указывает на возможные негативные последствия. Устранение риска для солдат может привести к тому, что политики будут легче принимать решения о применении военной силы, что, в свою очередь, может увеличить вероятность военного решения конфликтов.
